10

Пытаюсь Варю заставить строить фразы подлиннее. Сидит, ест, я на ходу рифмую и прошу повторить:

— За стол Варя села и всю кашу съела, — а в ответ получаю: 

— Я Ваюша!

\ Подарили Варе в гостях мишу с Машей резинового, она не придала значения, а когда уходили домой, ей сказали, что это подарок, и игрушку можно забрать, она обрадовалась, всю дорогу его обнимала, возбужденно так объясняла: «мой миша».\

 Логопед делает ей массаж зубной щеткой. Она отбирает щетку и носовой платок:

— Дай, я сама!

С другим бы ребенком не обратила внимания, а тут аж дыхание у меня спёрло. Ведь этого «я сама», «моё» жду — не дождусь. Такая вот у нас жизненная веха.  Дождалась я вычленения себя из окружающего мира…

Чтобы было понятно, почему я считаю это достижением, приведу цитату из педагогической книжки.

«Кризис трех лет — это период в жизни малыша, когда он любой ценой должен доказать право на самостоятельность решений, на собственные желания и потребности, которые не зависят от воли взрослых, которые его окружают. Причем, если ребенку не удастся убедить в этом, в первую очередь, самого себя, в будущей жизни ему будет чрезвычайно трудно.»

К нам пришла бабушка, мы сидели в зале на диванах вокруг журнального столика и пили чай. Варя подошла и стала звать меня в свою комнату, играть. Я наотрез отказалась, сказала, что она может и не хочет чай, а я хочу. Отстала. Залезла на диван, встала между мной м Пашкой, обняла за шеи обоих и говорит:

— Это любовь!

У нас дома так банально никто не разговаривает. Откуда вот взяла?

Были в сауне. Варя с начала сентября просилась, ей, конечно, важен бассейн, купание. Плавала от меня к бортику, от бортика ко мне. Пару раз просто спрыгнула с моих рук и поплыла от меня, ловила. Всё равно еще на большие расстояния она не плавает. 

После мытья дала ей одежду, натягивает плавочки на мокрое тело, они все скрутились:

— Мама, помоги! С’амаись! (сломались)

Выходим утром из подъезда. Топаем в садик. Стайка грачей пролетает над крышами, Варя показывает на них, я отзываюсь, что осень, птицы собираются в стаи, скоро улетят в теплые края. 

Варя: 

— Я тоже.

— Что тоже?

— Я тоже качу в тёпые кая.

— Куда?

— В Афику! Да!

— Ну нет, я тебя никуда не отпущу, будем дома вместе жить.

Варя что-то отвечает, но я не поняла, проходим довольно приличное расстояние.

— Мама, купить нада!

— Что купить?

— Кыишки! Нада купить! Итать! 

У меня во вторник вторая смена, Варю забирает из сада и занимается ею до моего прихода старший брат. Включил ей вчера детские песенки, слушают вместе. Начинается вступление к «Голубому вагону», если помните, оно там длинное. Паша спрашивает:

— Какая песня?

— Вагон.

— Какой вагон?

— Синий.

Рассказал об этом нам сегодня, Варя присутствовала, мотала на ус. Вечером, когда заиграла снова эта мелодия, я спросила у неё, какая песня. Старательно так ответила:

— Вагон. Гоубой.

Начали заниматься по журналам «Научи меня мама». Я постоянно ищу подобные задания в интернете, в магазинах, но не всегда получается найти по возрасту и по всем направлениям. И лабиринты, и отличия, и логические задания. Здесь же в каждом номере есть всё и материал выложен по нарастающей. 

Обратила внимание, что подолгу зависаем с заданиями, где даны две картинки и нужно найти отличия. Будто не понимает, что от неё требуется.

У нас есть игра с парными картинками на пространственную ориентацию. Собака в коробке, и за коробкой, машина за домом и  перед домом и т.д. Мы по ней предлоги отрабатывали. Игра куплена недавно, карточек в ней 72, так что я даже не все Варе показывала еще. Тут мне пришла в голову мысль, что на этих картинках можно втолковать Варе понятие «отличаются». Мысль оказалась верной, ребенок понял, и отличия называл. Попалась картинка, где мальчик играет в футбол, раньше я Варе её даже не предлагала, потому что они зеркальные, на одной мальчик слева, а мяч справа, на другой наоборот. Показываю. Пауза, дочь молчит. 

— Чем картинки отличаются?

Опять пауза, я не знаю, как она выкрутится, потому что шаблона, как ответить, у неё нет, но справа и слева я ей объясняла раньше много раз, и явно видит, чем картинки-то отличаются. Молчу. Вдруг, споткнувшись в начале слова, быстро выпаливает:

-Ппава-лева!

Сказать, что я удивилась — не то слово. Зацеловала ребенка на радостях. 

Варя утром заходит в сад, не раздеваясь заглядывает в группу, ищет глазами подруг, девочек, с которыми постоянно играет и по-деловому, как настоящая, машет им рукой, говоря «привет», они отвечают тем же, выскакивают из группы с криками «Варя пришла»,  с нетерпением ждут, когда она разденется. Дня три назад подрались из-за неё, прямо у меня на глазах спорили чья Варя, каждая говорила: «моя».
Дорого бы я дала, чтобы понаблюдать незаметно за их играми. Насколько на равных они общаются. Опекают или им действительно с ней интересно.

Читаем предложения из двух слов. Все простые. Сначала действующее лицо — кто-нибудь из семьи, а потом глагол. Например: «Алеся варит», «Папа любит». Спрашиваю, кого папа любит, ожидаю, что скажет Варю, но нет, говорит «маму».

И вот сложилось словосочетание «деда пьёт». Я уточняю, что деда пьёт? И получаю ответ: «Вотьку!» А у самой глаза хитрющие и хихикает. Посмеялись вместе с ней, заканчиваем уже, заходит старшая сестра к нам, просит Варю показать, как она читает. После пары предложений я опять выкладываю «деда пьёт». Она читает, переспрашиваю, что деда пьёт, а она, видимо, забыла, что говорила про водку, опять строит глазки и уточняет: «вино!» Я слово «деда» меняю на «Паша». Переспрашиваем: «А Паша что пьёт?» Варя уже в голос смеётся и говорит:

-Вотьку пёт, вино пёт!

Мы хохочем, зовём Пашу. Он заглядывает в комнату, повторяем Варе вопрос:

— Что Паша пьёт?

— Ваду, капот!

Вот ведь понимает, как-то, что Паша недоволен будет, если она на него наговаривать станет. И подстраивается к ситуации. 

А вообще-то ситуация вселяет надежду, на сохранное чувство юмора в будущем.